Ежеквартальный информационно-методический журнал


Главная » Статьи » 13. Кресты-тельники из Мангазе...

13. Кресты-тельники из Мангазейской коллекции ГБУ «МВК им. И.С. Шемановского»: первые результаты анализа


Перцев Никита Викторович

ГБУ ЯНАО «Музейно-выставочный комплекс им. И.С. Шемановского», г. Салехард

 

Религиозный фактор играл заметную роль в жизни средневекового социума. Являясь связующим звеном общества, религиозный императив зачастую толкал на рискованные мероприятия, служил источником вдохновения и надежд в далеком краю для тех, кто оказывался вдали от родного дома. Не является исключением и период ломки средневековых устоев - раннее новое время, эпоха кризиса общества и реформации, период складывания колониальных империй и Великих географических открытий. Россия, как неотъемлемая часть Европейского мира, не осталась в стороне, и XVII век – век глобальных изменений в российском обществе, период торжества Русского государства в Сибири, прошел под стягом продвижения православных идей за черту Уральских гор.

В.В. Пестерев видит в колонизации не просто освоение новых территорий, но процесс обмена культурной информацией, сопровождаемый присвоением колонии качеств и характеристик метрополии, то есть превращение из колонии двойника метрополии, создание из объекта колонизации ее субъекта [10, с. 15]. Приращение Сибирью, таким образом, было немыслимо без проповеди православных идей на вновь образованной и стремящейся к расширению границе молодого государства.

Как следствие, закрепление России на крайнем севере Западной Сибири сопровождалось воздвижением первых православных храмов в самых отдаленных уголках новоприобретенных территорий. После закрепления России в Прииртышье и в Сургутском Приобье, внимание новых властей было приковано к Нижнему Приобью – богатейшему ценной пушниной краю. Именно здесь был заложен новый оплот Российского государства – «златокипящая» государева вотчина, легендарная Мангазея. Следует оговориться, что к этому моменту (1601 год) на правом берегу р. Полуй уже существовала Обдорская застава, совмещенная единым руководством с заставой на р. Собь. Однако исторические источники не позволяют судить о наличие здесь ни русского населенного пункта, ни постоянного русского населения, ни специального приказного человека [2, с. 117] – будучи сезонной, застава была организована на месте давно существовавшего здесь аборигенного Полуйского городка, деятельность в ней проводили служилые, присланные на короткий срок для сбора ясака. По сути, о появлении Обдорска (будущего Салехарда) мы можем судить только после 1731 года [11, с. 128], когда в этой местности впервые был воздвигнут острог. Следовательно, и история Обдорской церкви, поставленной якобы в 1602 году, за отсутствием паствы выступает таким же историческим мифом, как и основание Обдорского острога в 1595 году [2, с. 120]. Первым пунктом, давшим начало распространению православных проповедей в Нижнем Приобье, стала Мангазея.

В начале XVII века, в период своего наивысшего расцвета, на месте небольшого Мангазейского острога возникли значительные крепостные укрепления, а к северу от них раскинулся посад.  Еще в 1607 году, при воеводах Давыде Жеребцове и Курдюке Давыдове началось строительство городских оборонительных сооружений, состоящих из сплошных городен - клетей. К этому времени относится и строительство пяти башен кремля, в которых несли службу стрельцы, наблюдавшие за Мангазейской округой. Этот факт, обусловленный к тому же отсутствием качественного строевого леса в окрестностях Мангазеи, много говорит о важности вопроса для московского правительства закрепления России в этом регионе. «Росписной список города Мангазеи» (1626-1627 гг.) доносит до нас следующую информацию:

«Город деревянной рубленный, а у него пять башен, стоит над Тазом рекою. С приезду в стене башня Спаская проезжая четвероугольная, а под нею двои ворота. Одни с приезду, другие изнутри города брусчатые…» [9, № 41].

Далее описываются размеры Спасской и еще четырех угловых башен: Успенской, Ратиловской, Давыдовской и Зубцовской. Башни снаряжались пушечными нарядами, затинными пищалями и бойницами. За стенами кремля, общая протяженность которых составила более 280 м., находились приказная изба - администрация воеводы, стрелецкие сторожки, воеводские усадьбы. Здесь же разместилось одно из самых значительных культовых сооружений города - пятиглавая Троицкая церковь. Кроме нее в городе известно еще несколько культовых сооружений, в том числе храм Михаила Малеина и Макария Желтоводского, а также часовня первомученика Василия Мангазейского – первого Сибирского святого [1, с. 79].

Естественно, играя важную роль в повседневной жизни позднесредневекового общества, православие оставило заметный след в материалах Мангазейского городища. За годы исследования ученым удалось собрать показательную коллекцию предметов, иллюстрирующих распространение православия в регионе – культовая металлопластика, деревянные кресты и атрибуты обрядов, свечи, воск и многое другое. Частично эта коллекция проанализирована авторами раскопок [3, с. 128-135]. Исследователями были сделаны важные выводы, в том числе и об органичном сочетании православия с народными «языческими» верованиями и обрядами [3, с. 130].

В рамках настоящей работы мы презентуем первичные результаты анализа православной металлопластики, содержащейся в Мангазейской коллекции ГБУ «МВК им. Шемановского». Все проанализированные изделия относятся к категории вещей – кресты нательные, разделены нами на 4 крупные группы.

Группа 1: кресты, выполненные из лицевых створок энколпионов.

Как отдельный тип подвесок, энколпионы появились на Руси в XI веке и представляли из себя, как правило, крестообразные коробочки для помещения в них частиц святых мощей или Богородичной просфоры [12, с. 2]. Широкое бытование таких изделий продолжается до рубежа XVI-XVII веков, когда в Московском государстве появляются новые более популярные формы нательных крестов [4, с. 327-328]. Однако, еще на протяжении XVII столетия энколпионы продолжали воспроизводиться по аналогии со старыми формами. Более того, не редки случаи использования одной из створок (как правило - лицевой) вышедшего из употребления изделия для изготовления на ее основе отдельной подвески [12, № 2-10]. В коллекции Мангазейского городища выявлено два таких креста.

Первый крест круглоконечный с выступающими дугами в средокрестии. На оглавии небольшой выступ от бывшего шарнира. Створка изначального изделия отливалась в двустороннюю форму, изображения и тексты выполнены высоким рельефом. На лицевой стороне - рельефное изображение Христова Распятия, близкое к иконографии триумфирующего Христа: тело Христа почти прямое, голова лишь немного наклонена вправо, руки прямые. Над распятием расположены рельефные монограммы IСХР (Исус Христос). В круглых медальонах по сторонам выполнены поясные фигуры: в верхней лопасти – Святой Троицы, в левой – Богоматери, в правой - святых Иоанна Богослова с Лонгином Сотником в трех четвертном повороте к Распятию. Нижняя, а также значительный фрагмент правой лопасти утрачены. На оборотной стороне Богоматерь Знамение (в ромбе) с символами Евангелистов, на концах — избранные святые. Кромки изделия с оборотной стороны слегка стерты.

Второй крест полностью повторяет форму и иконографию первого. Отличает его только более крупные размеры. Так же в отличие от первого изделия у данного экземпляра утрачена верхняя лопасть, зато сохранена нижняя часть с изображением великомученика Никиты, побивающего беса.

Изделия относятся к распространенному типу круглоконечных энколпионов, широко бытовавших на протяжении второй половины XIV – первой половины XVII в. преимущественно в округе Москвы [12, с. 10]. Несколько сузить датировку позволяет изображение Никиты Бесогона на втором кресте, по которому производство данной подвески могло произойти не позднее XVI века. Аналогичный крест XVI века (выполненный по иконографии более раннего энколпиона XV века) хранится в собрании Центрального музея древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублева [5, № 26].

К группе 2 отнесены простые односторонние кресты.

Крест 3 выполнен из оловяннистой бронзы методом одностороннего литья. Изображения и тексты выполнены высоким рельефом. Крест четырехконечный с расширениями на концах древа и килевидным завершением нижней оконечности. В центре - восьмиконечный Голгофский крест с венком в средокрестии. Нижний конец древа креста переводит в плетенку. На верхней оконечности в квадратном медальоне – монограмма ЦРС (Царь Славы) под титлой. В нижней оконечности - монограмма НК (Ника = Победитель). На боковых оконечностях в прямоугольных медальонах - монограммы ИС и ХС под титлами. Оглавие имеет вид плоского ушка. Оборотная сторона гладкая. Изделие относится к широко распространенному в XV-XVI вв. типу нательных крестов, распространенному, преимущественно, в Тверских землях [12, № 4-13; 5, № 2]. Две аналогичных подвески происходят из коллекции крестов, собранной на территории Ленинградской области [7, с. 51].

Крест 4 отлит из бронзы. Крест четырехконечный с прямоугольными концами и лучами, исходящими из средокрестия. Оглавие увенчано округлой уплощенной петелькой. На лицевой стороне помещен рельефный восьмиконечный Голгофский крест, стоящий на схематично отраженной Голгофе с Головой Адама внутри. Вокруг креста помещена плохо читаемая формула. На концах креста помещены прямоугольные щитки, в которых содержатся рельефные надписи: на правом – под титлой, на левом – ХС под титлой, на нижнем – Нка (Ника). Типологически подвеска относится к довольно распространенному ряду нательных крестов (тип I, подтип 3 по Э.П. Виноградовой [4, с. 336]).

В группу 3 отнесены двусторонние кресты, на оборотной стороне которых расположены клейма для вписывания формул или растительный орнамент.

Крест 5 выполнен из серебра в технике двустороннего литья. Крест четырехконечный с прямоугольными концами и лучистым венцом вокруг средокрестия (лучи в виде стерженьков), оглавие венчает граненное ушко. На лицевой стороне помещен рельефный семиконечный Голгофский крест, в основании которого расположены литеры М и Б (Место Лобное Быть Распят). Вокруг креста в восемь строк помещена формула «ЦРСЛ (под титлой)/ КРСТ/ IОХРА/ НИТЕЛА ОСЕЛЕНОСЕ/ НЕКРСТЪ ЦАРМЕ/ КРСТ/ СЛАО/ НИКА» («Царь славы крест охранитель вселенной всея крест царем крест славы ника»). В прямоугольных щитках на правом и левом концах под титлами содержатся литеры IC ХС. На обороте в средокрестии помещен четырехконечный крест, вписанный в поле растительного орнамента. Типологически данный крест относится к простым крестам с валютами в средокрестии, характерным для XVII века (типу I, подтип 4 по Э.П. Винокуровой [4, с. 336-337]). По мнению А.К. Станюковича такой тип был сформирован не ранее второй половины XVII века и были широко распространены на всей территории Российского государства [12, № 5-20].

Крест 6 отлит из меди в технике двустороннего литья.. Подвеска четырехконечная прямолинейная с прямыми концами. На лицевой стороне в средокрестии расположен восьмиконечный Голгофский крест, в нижней части намечены «горки» Голгофы, внутри пещеры обозначена голова Адама. В прямоугольных щитках на концах креста расположены литеры ЦС, IC и ХС (под титлами), внизу – МЛ. Но обороте расположено шесть клейм с плохо читаемыми надписями. По классификации Э. П. Виноградовой данная подвеска относится к первому типу простых прямолинейных крестов XVII века [4, с. 335].

Крест 7 отлит из меди в двустороннюю форму. Изделие сохранилось фрагментарно: утрачен нижний конец. Крест четырехконечный, прямолинейный. Оглавие имеет вид плоского овального ушка. Изображения и тексты выполнены высоким рельефом.  В центре расположен восьмиконечный Голгофский крест, над его перекрестьем расположена формула: «КРЕСТЪ ЕХА ХРАНИТЕЛЬ / ВСЕИ ВСЕЛЕННЕИХ». В верхней лопасти под титлой – ЦРЬСЛВ (Царь Славы), на боковых в квадратных медальонах – IЕ ХС. Оборотная сторона декорирована растительным орнаментом, в центре расположено ромбическое клеймо, в которое вписано «КРЕСТЪ ХРАНИТЕЛЬ». В соответствии с предыдущим экземпляром данный крест относится к типу простых прямолинейных крестов XVII века.

Крест 8 изготовлен методом двустороннего литья. Крест четырехконечный, прямолинейный. Оглавие имеет вид плоского овального ушка. Изображения и тексты выполнены высоким рельефом. В центре расположен восьмиконечный Голгофский крест с цатой в средокрестии, по сторонам от него копье и трость. На лопастях под титлами расположены монограммы ЦР, СЛ, и ХС. На оборотной стороне расположены ромбические клейма без надписей. Аналогичный крест обнаружен в Старом Изборске, кресты данного типа содержатся в Псковских некрополях XVI-XVII вв. [6, с. 123].

К последней группе крестов отнесены двусторонние подвески, содержащие на обороне фрагменты типовых формул.

Крест 9, медный, отлит в технике двустороннего литья. Изделие слегка деформировано в верхней части. Изделие четырехконечное, прямолинейное, оглавие имеет вид плоского овального ушка. Изображения и тексты выполнены высоким рельефом. После проведения реставрационных работ в нишах рельефа проявились остатки синей эмали. В центре подвески расположен восьмиконечный Голгофский крест с венком в средокрестии и копье с тростью. На боковых лопастях под титлами вписаны литеры IС ХС, в верхней части литеры ЦРЛ, в нижней – МЛ. На оборотной стороне в 12 строк помещена типовая формула, прочесть которую в настоящее время не представляется возможным.

Крест 10 четырехконечный, прямолинейный с лилиеподобными концами и граненым ушком. Подвеска была обнаружена завернутой в красный шерстяной шнурок, практически полностью перекрывающий рельефные изображения. На лицевой стороне расположен Голгофский крест (восьмиконечный-?) с орудиями страстей. На свободной от шнурка поверхности лицевой стороны отчетливо читается «КРЕСТЪ ХРТЕЛЪ ИСЕНО СЕЛЕН…» (Светилен кресту), на оборотной стороне фиксируется несколько строк с формулой, прочитать которую из – за шнурка невозможно. По типологии Э.П. Винокуровой, данный крест относится к типу IX подтипу 1 крестов с клинообразными концами [4, с. 347].

Крест 11 выполнен из медного сплава. Крест четырехконечный с прямым средокрестием и плоским округлым ушком на оглавии. В центре изображения на лицевой стороне – восьмиконечный Голгофский крест с цатой на средокрестии, копьем и тростью. Нижняя часть креста занята схематичным изображением Голгофы с головой Адама. В прямоугольных щитках на оглавии расположено схематичное изображение (лилия?), на боковинах – литеры и ХР, внизу – литеры МЛ. На тыльной стороне креста в 10 строк содержится плохо читаемая формула, начинающаяся с литер «КРЕ / СТ /ХТ…». Очевидно, имеется в виду стандартная форму «Крест хранитель всея Вселенной», распространение которой на нательных крестах вписывается в рамки XVI-XVII века [8, с. 662-663].

Крест 12 сохранился лишь в небольшом фрагменте. Выполнен из серебра, позолочен. Фрагмент представлен нижним концом, по характерным «пламенным» язычкам, расположенным по бортикам изделия, данный крест отнесен к крестам «огненосным», выделенным Э. П. Винокуровой в тип I, подтип 4, вариант 1, подвариант 1 [4, с. 336]. Ни лицевой стороне высоким рельефом отражен Голгофский крест с копьем и тростью, ниже расположена пещера с головой Адама. На конце помещен квадратный щиток, внутри которого по бортику вписано «Ъ I РАЗЫДУТА ВРАЗИ ЕГО» (и разбегутся враги Его), в центре щитка - НКА. На обороте вдоль бортиков содержится формула «…ПРАВЕДНУЪI ДА ВОЗВЕСЕЛЯТСЯ ВОЗРАДУЮТСЯ ПРЕДЪ БО…» («а праведницы да возвеселятся, да возрадуются пред Богом» - Пс. 67:4).

Крест 13 сохранился вместе с шерстянным шнурком красного цвета. Подвеска выполнена из серебра. Крест четырехконечный с прямоугольными концами и лучистым венцом вокруг средокрестия (лучи в виде стерженьков), оглавие венчает граненное ушко с изображением креста на лицевой стороне. На лицевой стороне помещен рельефный восьмиконечный Голговский крест в основании которого под титлом расположены литеры МЛ и РБ. По бокам от креста поставлены копье и трость, над которыми содержатся литеры КО и ТРО. В прямоугольных щитках в верху поставлены литеры ЦРС, по бокам – ХС. На оборотной стороне в 14 строк содержится формула «КРЕСТ / ЪХРА / НИТ / ЕЛЪ / IСЕН ВСЕЛЕН КРЕСТЪ КА / СТЯ ЦРКОВНАЯ КРЕСТЪ / ЦРЕМ / Ъ ДЕ / РЖЯ / ВЯ КР / ЕСТ ВЕР / НЪМ…» («крест – охранитель всея вселенной, крест – красота церковная, крест царя держава крест верным (утверждение – авт.)»). По замечанию Л.Я. Костючук, в аналогичном примере из коллекции Псковских тельников слово «красота» сочетается с прилагательным «церковная», что более проще для прочтения, чем более архаичная его форма в именительном падеже «церкве» [8, с. 663]. В соответствии с описанным выше крестом № 5 данный экземпляр можно датировать временем середины-второй пол. XVII века

Крест 14 выполнен из серебра, позолочен. Подвеска прямолинейная с граненным ушком на оглавии. В центре лицевой стороны размещен восьмиконечный Голговский крест с венком, копьем и тростью. Над ним под титлами расположены литеры IC ХС, под крестом – схематичное изображение Голгофы с головой Адама, в основании креста находятся литеры МЛ РБ. Поверхность лицевой части покрывает типовая формула, полностью повторяющая Светилен предыдущего креста с добавлением «КРЕС / ТЪ БЕ / СОМЪ / ЯЗВА». На оборотной стороне в 23 строки  прописана следующая формула: «ДА ВОСК / РЕСНЕТЪ / IБО БОГЪ / И РАЗЫ / ДУТСЯ / ВРАЗИ ЕГО И ДА БЕЖАТЬ ОТ ЛИЦА Е / ГО ВСИ Ж НЕНАВИДЯЩIИ ЕГО ЯКО / ИЗАЧЕЗАЕТЪ ДЫМЪ ДА I ИСЧЕЗН / УТЪ ПОМИЛУИ МЯ БОЖЕ ВО ВЛИЦЕ / И МИЛОСТИ И / МЯ ГОС / ДИ ТО / НОСИМ / Ъ АЩЕ / А БОГ И / МЕНИ Т / ВОИМ М…Ч… /МЪ ПОУ / НЕЕРНЫХ / Ъ ХХХ ТХ / ХХХХХХ» («Да воскреснет ибо Бог и расточатся враги его и да побегут от лица его все ненавидящие его как изчезает дым и исчезнут. Помилуй меня Боже во великой молости. Имя господи то носим, а Бог именем твоим мечом погубит неверных»). Авторы раскопок на основании прочтения формул датируют период изготовления изделия второй пол. XVI – сер. XVIII [3, c. 128].

Таким образом, на основании предварительного этапа исследования православной металлопластики Мангазейского городища можно уверенно говорить, что предметы представленной коллекции соответствуют распространенным в то время изделиям из центральной, и что более важно – северо-западной, России. Датировки производства и употребления описанных выше крестов в целом соответствуют хронологии существования памятника. Между тем, наличие в коллекции очень дорогих, богато украшенных крестов позволяют судить о статусе их обладателей, а наличие на них довольно архаичных надписей ставит вопрос о содержании и эволюции ранних типах формул на православных крестах. Дальнейшее исследование Мангазейской коллекции позволит не только выявить пути проникновения проанализированных изделий от места производства до легендарной Мангазеи – благодаря такому подходу вполне закономерно поставить вопрос о миграциях населения из центральной и северо-западной России в Нижнее Приобье. Благодаря узким хронологическим рамкам существования Мангазейского городища (памятник просуществовал всего 71 год: с 1601 по 1672 гг.) изучение иконографии этих крестов выступает перспективным исследованием, позволяющим значительно уточнить схему эволюции и типологизацию русских культовых подвесок.

Литература

1. Белов М.И., Овсянников О.В., Старков В.Ф. Мангазея. Мангазейский морской ход/под ред. М.И. Белова. Лен.: Гидрометеоиздат, 1980

2. Вершинин Е.В. Русская колонизация Северо-Западной Сибири в конце XVI-XVII вв. Екатеринбург: Демидовский институт, 2018

3. Визгалов Г.П., Пархимович С.Г. Мангазея – первый русский город в Сибирском Заполярье (по материалам раскопок 2001-2004 годов). Нефтеюганс-Екатеринбург: Баско, 2007

4. Винокурова Э.П. Металлические литые кресты-тельники XVII в.//Культура средневековой Москвы. XVII век. М.: «Наука», 1999

5. Гнутова С.В., Зотова Е.Я. Кресты, иконы, складни. Медное художественное литье XI – начала XX века из собрания Центрального музея древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублева: Альбом. М.: «Интебрук-бизнес», 2000

6. Колпакова Ю.В., Костючук Л.Я. Псковские нательные кресты с надписями XIV-XVIII вв. (предварительные итоги наблюдений)// Вестник Псковского государственного университета. Серия: Социально-гуманитарные науки. Псков, 2011. С. 123

7. Колпакова Ю.В. Коллекция нательных крестов с территории Ленобласти: современные технологии в ставрографическом исследовании// Вестник Псковского государственного университета. Серия: Социально-гуманитарные науки. Псков, 2014

8. Костючук Л.Я. Надписи на Псковских нательных крестах XIV-XVIII// Академик А. А. Шахматов: жизнь, творчество, научное наследие. Сборник статей к 150-летию со дня рождения ученого. Санкт-Петербург, 2015

9. Обдорский край и Мангазея в XVII веке. Сборник документов — Екатеринбург: Изд-во «Тезис», 2004

10. Пестерев В.В. Организация населения в колонизуемом пространстве: Очерки истории колонизации Зауралья конца XVI – середины XVIII вв. Курган: Изд-во Курганского гос. ун-та, 2005

11. Северо-Западная Сибирь в экспедиционных трудах и материалах Г.Ф. Миллера/ Пер. и подгот. текста, предисл., коммент. А.Х. Элерта. Екатеринбург: НПМП «Волот», 2006

12. Станюкович А.К., Осипов И.Н., Соловьев Н.М. Тысячелетие креста. Произведения русской христианской металлопластики X-XX веков из частных собраний. М., 2003.



Информация © 2011–2020
Электронный журнал «Образование Ямала»
Интернет-компания СофтАрт
Создание сайта © 2012–2020
Интернет-компания СофтАрт