Ежеквартальный информационно-методический журнал


Главная » Статьи » Социально-психологические пред...

Социально-психологические предпосылки духовно-нравственного просвещения молодёжи в современной России


Лыкина Е.С.
ГБУ ЯНАО «ЦСОН в МО г.Лабытнанги»
г. Лабытнанги

Сегодня у нас нет сомнения, что проблемы формирования духовной зрелости молодого поколения в настоящее время являются едва ли не самым первостепенным фактором общественного развития, стабильности и безопасности государства. В самом деле, социально-политические и экономические реформы пока не дают желаемого результата. Затянувшийся экономический кризис и нарастающая угроза террора и насилия объективно создают условия для социального брожения в умах и сердцах наших сограждан. Несбывшиеся ожидания приводят не только к разочарованию и неуверенности многочисленные слои населения, но формируют и укрепляют особое состояние массового сознания, для которого характерны всплески неуверенности, растерянности и страха, озлобленности и агрессивности.

Добавим к этому, что в наше бурное время тревог и опасений, серьёзных материальных затруднений совершенно естественно у людей, и, прежде всего, у молодых, наиболее остро реагирующих на проблемы социальной справедливости, резко возрастает интерес к организациям и объединениям, обещающим здесь и сейчас обеспечить каждого надёжной  «наукой жизни», и быстро научить его практическим методам и навыкам достойного существования,  перспектив самореализации личности.

Этому всемерно способствуют новейшие интернет-технологии, открывающие необъятные возможности свободы самовыражения, которые без нравственного, внутреннего самоконтроля, приводят к обесцениванию индивидуального опыта, к «брожениям и шатаниям» во взглядах на жизненные смыслы и предельные основания бытия человека, искажая его собственную подлинную сущность и тем самым  увеличивают дефицит духовно-нравственного потенциала. И как неотвратимый результат такой вседозволенности в словах и поступках мы воочию наблюдаем повсеместное оскудение возвышенных целей и идеалов у подрастающего поколения.

 В области психологического, интеллектуального и морального самочувствия мы, возможно, подошли вплотную к «красной линии», за которой, скорее всего, могут последовать необратимые деструктивные процессы. Именно поэтому для современной философии, психолого-педагогической культуры, мировоззренческих поисков и религиозных раздумий характерна тенденция трепетного отношения к бытию человека, его чувствам, настроениям, упованиям и надеждам. Ведь рассуждения о собственном бытие, осмысление и понимание бытия преобразует, преображает человека, наполняет его жизнь духовными помыслами, стимулирует развитие творческих способностей,  вселяет уверенность и увеличивает многократно силу для преодоления жизненных невзгод.

Способен ли на это человек, не знающий этапов развития мировой культуры, идей и представлений о свободе и ответственности, элементарных основ религиозного мироощущения? «Даже самые бесспорные факты из общей истории культуры, - писал в предисловии к 1 тому «История религий» А. Меня известный ученый – словесник С. Аверинцев, - будь то древнерусская икона, или готический собор, литературное житие или грегорианская мелодия закрыты для нас, если у нас нет достаточно глубокого понимания вдохновившей их веры»[3, с.5]  Безусловно, оспаривать сегодня тот факт, что религиозные верования являются существенной чертой человека как формы или вида жизни, было бы, скорее всего, серьёзным заблуждением. Хотя в истории развития общества нередко религия рассматривалась некоторыми мыслителями как создание «невежественного, необразованного» ума. Однако живучесть религиозных представлений, трепетное  отношение в массе народной к святыням своего Отечества, культ подвижников веры одним невежеством объяснить трудно. Живучесть её лишний раз доказывает, что она является важнейшим фактором личных переживаний и неустранимым феноменом всей жизни народа. Было бы совершенно непонятно, каким же образом невежественные выдумки могли способствовать созданию мировой палитры человеческой культуры, блестящих и бесценных её шедевров, вдохновляли огромное количество людей на бескорыстное служение благородным целям, а порой действительно помогали выживать не только отдельным индивидам, но и целым сообществам в различных экстремальных ситуациях.

Конечно, можно посетовать на то, человек – это всего лишь жертва легкомысленной эволюции, которая из-за своей прихоти, наделяя несчастных сознанием, в то же время совершенно не позаботилась о том, чтобы снабдить их психологическими или иными механизмами защиты от страданий бренного бытия и неотвратимой его конечности. Не потому ли люди веками с редким упорством продолжают поиск собственного бессмертия, той неведомой высшей силы, слившись с которой можно было бы обеспечить себе вечность. В сущности, в этом поиске и состоят стратегические цели, тайный смысл и разнообразная культовая практика всех традиционных верований.

К сожалению, утилитаризм, заполнивший все сферы человеческих устремлений, в своей агрессивно-потребительской форме, породил новые добродетели характера индивида: скрупулёзный эгоистический расчёт, опору на собственную изворотливость и повседневную погоню за материальной выгодой. Эти «новые ценности» современного молодого человека безвозвратно расточают внутренние ресурсы его души, фундамент его одухотворённости.

Что же необходимо предпринять в области образования и просвещения, чтобы, если не устранить полностью, то хотя бы значительно уменьшить наметившуюся тенденцию духовного обнищания?

Попробуем последовательно ответить на этот вопрос, но не в форме подробного изложения, что потребовало бы значительное увеличение объёма материала, а только наметив некоторую линию аргументации о  повышении  роли и значении таинственных «начал» личности, многообразия ее субъективных проявлений.

В первую очередь,  безусловно, следует четко уяснить идейно-теоретические аспекты самого процесса воспитания и образования. Ведь от уровня и глубины их научного анализа в значительной степени зависят содержание, формы и методы практических мероприятий, а, в конечном итоге, и повышение эффективности их воздействия. Прочный теоретический задел помогает избежать односторонности и предвзятости в разработке конкретных планов воспитания и просвещения.

Именно поэтому в данной статье предпринята попытка в сжатом виде представить на обсуждение 6 Епархиальных Рождественских образовательных чтений гипотезу о возрастающем значении собственных волевых усилий воспитуемого, его стремления и желания постоянного духовного развития и нравственного совершенствования. Известно, что воля и усердие, потребность созидать творческое, новое, полнее всего проявляются в деятельности, в труде, особенно тогда, когда человек видит и ощущает его конечные результаты, может гордиться продуктами своего вдохновения. Сама по себе идея о воспитании в ходе совместной  трудовой деятельности не нова. Теоретико-методологические основы, принципы деятельностного подхода к формированию самосознания, были достаточно полно разработаны отечественной школой психологии еще в первой половине прошлого века трудами таких ученых, как С.Л.Рубинштейн, А.Н.Леонтьев, Л.С.Выготский и другие. Говоря об эффективности обучения и воспитания, они в своих работах отмечали пути «активизации учения». С.Л.Рубинштейн прямо указывал, что надо «организацией не символизирующих и уподобляющих, а реальных творческих деяний определять образ человека – вот путь, и такова задача педагогики» [5, с.438].

Эти выводы не утратили своей значимости и сегодня. Например, Ю.Н. Афанасьев говорит о том, что «…быть человеком трудно. Но задачей сферы образования человека является создание максимально полных условий для вскрытия этого истинно человеческого, ориентированного на целостную организацию сознания» [2, с.41] Другой известный отечественный психолог А.Г. Асмолов утверждает, что «ключевой задачей социокультурной модернизации образования является социальное конструирование идентичности личности как человека мира и гражданина своей страны»[1,с.10]

Однако, несмотря на то, что принцип деятельностного подхода к воспитанию получил всеобщее признание среди специалистов, все же в практическом применении его плодотворность и результативность остается пока недостаточной. Это происходит, на наш взгляд, в силу того, что при активизации внутренних ресурсов личности остаются мало востребованы ее собственные волевые усилия. Тогда как по своей сущности воспитание и просвещение должны быть, прежде всего, направлены на формирование вдумчивого отношения к окружающему миру, на развитие мыслительных способностей и умения принимать оптимальные решения, в соответствии с постоянно меняющимися условиями. Значит, в процессе воспитания  необходимо сконцентрировать внимание на усилении интеллектуальных и эмоциональных возможностей молодого поколения.

В этом и состоит оригинальность и новизна, предлагаемой для обсуждения гипотезы, которая расширяет границы прикладного характера принципа деятельностного подхода и восполняет его пробелы. Такой взгляд на воспитание и просвещение прямо указывает на всестороннее развитие самого субъекта деятельности, а в реальных процессах духовного производства служит весомым стимулом в выработке «своих, собственных» знаний и навыков.

Почему волевым усилиям индивида в представленной гипотезе придается решающее значение в деле совершенствования и повышения продуктивности духовно-нравственного образования и просвещения?

Дело в том, что по своему содержанию сознание личности изменчиво и противоречиво. И, как показывает история существования человечества, все люди, с одной стороны, подвержены непреодолимому внутреннему стремлению к возвышенным помыслам и влечению к сверхъестественному, запредельному, вечному. Эта одухотворенность, желание обрести бессмертие изначально «вплетено» в структуру индивидуального сознания и коренится в  бессознательном, автоматически.

С другой стороны, каждый человек обладает самобытной силой нравственного развития, в центре которой находится идея должного, не определяемая ни физическими законами ни инстинктами животного мира. Эта идея указывает только на свободную и осознанную деятельность индивида. Но, именно она, в конечном счете, и определяет добровольный выбор поступков и средств достижения намеченных целей. Притом таких поступков, которые человек задает себе сам, чтобы осознавать смысл существования.

Тогда как сила воли связывает эти, по существу противоречивые душевные порывы индивида в единое целое, закаляет его характер и придает уверенность собственным действиям. Именно поэтому эффективность просвещения, его практическая отдача во многом снижаются, если они не подкрепляются индивидуальными волевыми усилиями объекта воздействия, которые пронизывают его инстинкты, разум и волю.

Сформированная волевая сфера выступает началом и основой согласия с самим собой, с высшими духовными ценностями социального бытия. Теперь, начиная с этого момента, практические действия личности, становятся прочно защищенными от собственного произвола, а нравственные ограничения – обязательными в любых житейских ситуациях.

Как же от теории перейти к практике?

Какими ресурсами мы располагаем на сегодняшний день, задействовав которые можно добиться повышения  качества духовно-нравственного просвещения.

Начнём с утверждения, что нет другого более надёжного и эффективного средства разрешить эти вопросы,  как повернуться лицом к проверенным временем этическим запретам и ограничениям, бережно охраняемым каждой национальной культурой. Только этот «духовно-нравственный капитал» может служить твёрдой опорой и защитой, нарастающему валу политического и религиозного экстремизма,  удовлетворения стремительно растущих  меркантильных потребностей. Именно это, скорее всего, имел в виду В.А. Садовничий, выступая на 4 Российском философском конгрессе «Философия и будущее цивилизации» в мае 2005 года, когда говорил, что «в наступающем веке мы все чаще будем сталкиваться с запретами и ценностями морально-этического характера, которые нельзя создать и преодолеть технологическими средствами сколь бы совершенными ни были последние. Именно такие ценности и определяют, в конечном счете, выбор маршрутов цивилизационного развития. Возможно, человечество предпочтет доминирующую сегодня систему этических установок, основанную на потребительской концепции существования. Тогда нам предстоит дальнейший путь разрушения собственной физической и нравственной среды обитания, который, в конце концов, приведет к гибели человечества. Но, может быть, мы в один прекрасный день взглянем на себя со стороны и ужаснемся, и поймем, что для того, чтобы остаться людьми и просто остаться на своей планете, надо не разрушать, а созидать, не  потреблять, а отдавать, не только удовлетворять все растущие физические потребности, но и развиваться духовно»[6, с.43].

 В самом деле, забвение прошлого опыта, недооценка уникальных, единственных в своём роде, особенностей жизни прошлых поколений существенно разрушают духовные корни пространства культуры, естественных процессов народного творчества, и, как правило, приводят к серьёзным негативным последствиям.

Тогда как образовательный и воспитательный потенциал российской гуманитарной культуры, душой которой является бескорыстное и самоотверженное служение общему делу мог бы и сегодня помогать находить убедительные ответы на «вечные вопросы» бытия человека. Высокая культура русского просвещения, её человеческий пафос с лейтмотивом нравственных размышлений является поистине неисчерпаемым источником живительных идей, способных и в наше время мобилизовать желание и волю личности на творческие свершения, и благородные поступки. Разве могут оставить нас равнодушными поэтические строчки гениального выразителя чаяний русского народа А. С. Пушкина,  полные  задора и юношеских дерзновений, обращённые к П. Я. Чаадаеву двести лет тому назад.

                               Пока свободою горим,

                               Пока сердца для чести живы,

                               Мой друг, Отчизне посвятим

                               Души прекрасные порывы! [4, с.346]

Вообще, вся история развития духовной культуры России свидетельствует, что подлинным идеалом жизни наших предков являлась система ценностей, пронизанная «архаичными понятиями» любви, стыда, совести, сформированная самобытной философской мыслью и многократно усиленная трудами подвижников православия. Оторвать же эту  одухотворённость от глубинных корней народного сознания, от нравственных основ его всеобщего бытия, понимаемых как абсолютное добро, значит уповать на крайне эгоистические психологические установки, навязанные техническим прогрессом и наживой, возведённые в закон жизни.

Можно смело утверждать, что возрождение духовности вряд ли возможно без опоры на цельное созидающее народное мировосприятие – этот «генетический код» нации, оставленный потомкам великими гуманистами прошлых веков, в литературных творениях, философско-психологических трактатах, свято-отеческих наставлениях. В России не только философия, психология и другие сферы духовной культуры неразрывно связаны с самой сердцевиной общественной жизни людей, погружены в её стихию. Даже искусство никогда прежде не было «искусством для искусства», оно воплощалось или в «религиозные искания», или в «нравственно-общественное служение», или, наконец, в поиск путей «воспитания гармоничной и развитой личности». Всё русское литературно-художественное творчество прошлых поколений нравственно нагружено. В нём доминируют «вечные» регуляторы человеческого бытия над внешними, формально-рассудочными, а по–существу текущими ограничениями, характерными для западноевропейской ментальности, в которую не вписываются понятия вечности, святости и любви. Эти сверх логические принципы, по мнению русских мыслителей, лежат глубже, чем единство и борьба противоположностей или сплошная череда отрицания отрицаний.

Именно эти глубинные национальные основы мироощущения, в конечном счете, и определяют «всеединство»  исконно русского сознания, в котором сердечные убеждения не противоречат умственным. Философская, художественная, нравственно-религиозная интуиция русских  мыслителей во все времена была особенно чувствительна к всеобщей обеспокоенности человечества – возрастанием насилия над личностью, приоритетом формально-рассудочного подхода в отношениях между людьми, возведением крайнего индивидуализма и делячества в главные добродетели характера человека. Разрушение и утрата этих незримых нитей русского образа жизни неизбежно привели постепенно к нравственной растерянности общества к всеобщему смятению духа. Вместо решения общих благих задач, поиска оптимальных путей преодоления нарастающих внутренних проблем и глобальных мировых вызовов возникла разъединяющая всех нетерпимость. Тогда становится совершенно понятной тяга наших людей к вопросам религиозного мировоззрения, соотношение веры и разума, сущности и содержания духовности вообще. За последнее время этим вопросам посвящено множество публикаций, официальных заявлений религиозных лидеров, торжественных манифестаций, связанных с памятными событиями религиозной истории и эти же вопросы все чаще выносятся на обсуждение светских научных конференций и симпозиумов, наглядным тому подтверждением является наше мероприятие.

Может быть, именно поэтому в России, где десятилетиями масса советских людей скептически относилась к церковному общению, где пренебрежение общечеловеческими нравственными запретами, в угоду целесообразности, стало определяющей нормой жизни, а аморализм и цинизм возводились чуть -ли не  в доблесть, наблюдается своеобразное духовное возрождение. Можно даже сказать, что налицо определённый перехлёст. Иначе как объяснить тот факт, что огромным интересом населения пользуется всё то, что имеет отношение к мистике, эзотерическим знаниям, различного рода откровениям и гаданиям, экстравагантным сектам, особенно восточного происхождения, старым культам и языческим практикам? И совершенно не случайно общественное сознание всё настойчивее требует возврата к своим самобытным устоям, духовному фундаменту, питавшему веками жизнь наших предков, –христианской религиозной культуре в её православной форме. Вместе с тем, в просвещении молодежи крайне важно помнить и постоянно учитывать, что Россия является многоконфессиональной страной и возрождение традиционных верований на ее территории – это тонкий, сложный и глубоко противоречивый процесс, в котором неизбежны острые дискуссии, конфликты,  и даже настойчивые попытки изощренной пропагандой, а порой и  силой навязать «свои» взгляды и ценности. Неудивительно, что проблемы изучения своей прошлой культуры, особенности мировосприятия, психологии ментальности, ее самоидентификации для каждого сообщества все больше становятся отправным пунктом на пути выхода из духовного опустошения, нравственной распущенности и поиска новых форм социальной солидарности.

В изменившихся исторических условиях нельзя допустить, чтобы часть религиозных деятелей, пользуясь, что называется, моментом, делала ставку на наиболее консервативные, непримиримые фундаменталистские догмы своей религии, пытаясь таким путём не только укрепить позиции, но и расширить сферы её влияния, вовлечь в свои сети как можно больше молодых душ.

Еще одним важнейшим инструментом практики воспитания является активное взаимодействие всех социальных институтов общества, начиная с семьи и заканчивая государственными органами управления. Говоря о непреходящем значении «векового» культурного слоя нашего народа, особенностей его мировосприятия и психологии ментальности и непосредственного влияния его на сущность и содержание духовно-нравственного просвещения следует  непременно учитывать, что становление духовно зрелой и нравственно безупречной личности возможно только на основе комплексного включения всех социокультурных учреждений, общественных организаций и объединений. Насущная проблема прогрессивного развития общества, укрепление его стабильности и безопасности, воспитание благородства, веры в добро и справедливость, искреннего патриотизма и любви к своей родине у молодого поколения требует объединенных усилий разветвленной сети научных, художественных, спортивно-оздоровительных, досуговых центров и клубов. Многочисленные социальные институты, образовательные организации способствуют развитию такой сети. Важную роль в решении этих проблем играют и учреждения социального обслуживания, которые, помимо прочего, призваны оказывать поддержку в трудной жизненной ситуации, помощь в поисках своего места в жизни,  формировании здоровых мировоззренческих идеалов для особо незащищенных слоев как взрослого населения так и, что особенно важно,  детей и молодежи.

И наконец, цели и задачи духовно-нравственного воспитания и просвещения, независимо от того, какие бы передовые идеи и методы воздействия мы не использовали, в значительной, если не сказать определяющей  форме, будут зависеть от степени социальной защищенности и материальной обеспеченности конкретного человека. Если не решены   вопросы по удовлетворению необходимых условий жизни, творческого развития,  реальных возможностей  для перспективного роста, то рассуждения о благородстве поступков, возвышенных идеалах, чести и достоинстве личности, скорее всего, останутся на уровне пустых деклараций или откровенного морализаторства.

 Да, конечно, в нашем округе на сегодняшний день много нерешенных вопросов социально-экономического характера, но мы наблюдаем устойчивую тенденцию постепенного и качественного их решения. Даже на примере нашего небольшого города видны изменения, меняющие качество жизни населения. Это  открытие новых детских садов, активное строительство и переселение в новые дома жителей до того живших в подчас неприемлемых условиях, ремонт и открытие социальных учреждений, учреждений культуры, спорта и образования. Всё это формирует тот фундамент, на который впоследствии и накладывается понимание своей нужности, востребованности, а, значит и не бессмысленности своего существования, а затем и осмысление жизни и личностное совершенствование посредством,  в том числе, и приобщения к духовно-нравственным ценностям.

Таким образом,  и теоретические исследования и практика их воплощения в жизнь свидетельствуют, что  нравственное возрождение и духовное совершенствование человека являются и целью, и средством полнокровной, достойной жизни. Приобщение каждого человека к фундаментальным духовно-нравственным ценностям, превращение их в  устойчивые убеждения и, как следствие,  в мотивы поведения есть необходимые условия успешных социальных преобразований. Предпосылками же наиболее действенного процесса просвещения и воспитания духовно богатой и нравственно чистой личности молодого поколения являются:

Во-первых, глубокое понимание того, что духовное и нравственное по своей природе соответствуют глубинным законам человеческого бытия. Жизнь человека изначально скованна духовно-нравственным обручем. Безнравственное и бездушное бытие – это животное существование. Надо полагать, что проблема взращивания духовных ценностей и моральной ответственности за свой свободный выбор, за свои собственные поступки давно «переросла» чисто академический интерес, простое любопытство пытливого ума. Отныне она становится сугубо практической, насущным  и повседневным вектором плодотворной деятельности каждого человека.

Во-вторых, только активизация собственных мыслительных способностей, волевых усилий, непрерывного самообразования гарантирует независимость суждений и объективных оценок происходящих событий. Противостоять разрушительному воздействию пропаганды насилия, лжи и разврата в условиях все разрастающейся экспансии низкопробных электронных и печатных СМИ могут люди, овладевшие прочными и глубокими мировоззренческими установками, психологически устойчивые и способные к самостоятельной критической оценке и созидательной деятельности.

И, наконец, в-третьих, в христианстве вообще, а в православии особенно духовность сопряжена с триединством Веры, Надежды, Любви. Действительно, вера нередко восполняет отсутствие знания. Она спасает нас от гибельного бездействия, которое было бы неизбежным, если бы мы делали лишь то, что знаем с очевидностью. Ведь вера побуждает действовать, когда ситуация неясна, неочевидна. Поэтому вера – как психологическое состояние – сообщает человеческим действиям решительность, определённость и последовательность, а как элемент жизни – служит ей опорой и вместе с разумом придаёт смысл. Поистине вера в людей делает нас человечнее, вера в добро – добрыми, вера в чудеса – способными сотворить чудо.

В свою очередь любовь – это средство преодоления одиночества, переживания уникальности другой личности. Это чувство – добрая готовность жертвенного служения, как свидетельство милосердия и соучастия, взаимопомощи и сострадания в отношениях между всеми людьми. Именно в таком понимании любовь становится мощным стимулом формирования личности, развития её духовности.

Надежда – последний элемент этого триединства. Она вводит нас в благоприятный настрой душевных переживаний, амортизирующих удары судьбы. Она проявляется как ожидание грядущего и возможного. В конечной человеческой жизни превращается в сверхнадежду, в возможность невозможного. Только надежда придаёт человеку силы и убежденность в том, что его труды не бесцельны. Она была всегда спасительным символом выживания в трудное время. Пусть же она не покидает нас и сегодня.

Список литературы

1.      Асмолов А.Г. Историко-эволюционная парадигма конструирования разнообразных миров: деятельность как существование. [Текст] // Вопросы психологии. – 2008. – №5. – С. 10

2.    Афанасьев Ю.Н. Может ли образование быть негуманным? [Текст] // Вопросы философии. – 2007. – №7. – С. 41

3.    Мень А.В. История религии: В поисках Пути, Истины и Жизни: в семи томах. Т.1 Истоки религии / Предисловие С.С.Аверинцев / А.В. Мень[Текст] М.: СП «Слово», 1991. –  5

4.    Пушкин А. С. Полное собрание сочинений в 10-и томах. Изд-во АН СССР. Изд. 3-е. – М., 1962. – С. 346

5.    Рубинштейн С.Л. Избранные философско-психологические труды [Текст] Основы онтологии, логики и психологии. – М.: 1997. – С.438

6.    Садовничий В.С. Философия и будущее цивилизации [Текст] В.С.Садовничий // В мире науки. – 2005. – №7. – С43

 



Информация © 2011–2018
Электронный журнал «Образование Ямала»
Интернет-компания СофтАрт
Создание сайта © 2012–2018
Интернет-компания СофтАрт